Главная / главное / Первый трудовой опыт

Первый трудовой опыт

Труженица тыла Генриетта Старчикова

Труженица тыла Генриетта Старчикова

В этом году отметит 90-летний юбилей Генриетта Васильевна Старчикова, труженица тыла, учитель со стажем более 40 лет. Когда началась война, ей еще не исполнилось 15 лет. В считанные дни осталось позади детство, а в жизнь вошла суровая реальность – будни трудового фронта.

Начало войны

Отец Генриетты Васильевны был военным, поэтому до 1941 года ее семье пришлось жить в разных городах. Родилась в Смоленской области, потом отца перевели в Полоцк, далее – в Горький (Нижний Новгород). Папа участвовал в конфликте с японцами на озере Хасан, в подавлении волнений в западных странах – Украине, Белоруссии, Прибалтике. Там он погиб в 1940 году в войне с белофиннами.

Семья осталась жить в Горьком: мама Зинаида Андреевна, учительница начальных классов, Генриетта и маленькая сестренка.

Через год началась Великая Отечественная война. Стали уходить на фронт мужчины, и их место на заводах занимали женщины и подростки. Рита (так в юности называли Генриетту Васильевну) в то время окончила 7 классов, была комсомолкой, и не могла не откликнуться на призыв помогать фронту. Вместе с другими ребятами она пошла работать на военный авиационный завод.

– Первое время, пока мы обучались, выполняли подсобные работы, – вспоминает Генриетта Васильевна. – Потом нас привели в цех и распределили по станкам. Вот тогда я ни на шутку испугалась: грохот, лязг, скрежет. Я голову вжала, думаю: «Сейчас какая-нибудь железяка на меня прилетит!» Но понемногу привыкла к заводу и к рабочим будням. Нас распределили на разные станки, я попала на фрезерный. Наставников-кадровых рабочих на заводе осталось мало, но все равно они нас обучали, знакомили со станками, чертежами, измерительным инструментом. Сначала нас просили делать простенькие детали. Внушали, что все детали самолета держатся на винтиках и болтиках, которые мы делаем, а если допустим брак, самолет не взлетит или разобьется.

Когда дети становятся взрослыми

Генриетта Васильевна признается: когда они стали работать на станках, сразу почувствовали себя взрослыми. Многое приходилось делать вручную, она, девчонка, не сразу наловчилась одной рукой оправу поворачивать, а другой в то же время управлять фрезой. Там она познакомилась со штангенциркулем, о котором еще не успела узнать на уроках математики. Сколько раз потом она будет рассказывать о нем ребятам, когда станет учителем! А пока ее знания и небольшой опыт был жизненно важен для фронта. Через два месяца им присвоили второй разряд и началась самостоятельная работа.

– Мастер у нас был мужчина пожилой, он объяснял, какая ответственность лежит на наших плечах, – рассказывает Генриетта Васильевна. – Работали мы в две смены по 12 часов. В ночные смены очень хотелось спать, особенно в 4–5 утра. Мастер наш ругался: «Ребятишки, не спите, вы же ткнетесь носом и вас вмотает в станок!» Спасибо ему, хороший был человек.

Но главные трудности подстерегали впереди. Походил к концу первый год войны, немецкие части продвигались к Москве и рвались к Волге с юга. По ночам завод подвергался бомбардировке. Когда объявлялась военная тревога, предприятие не останавливали и работа не прекращалась. «Мы боялись, хотя вида не показывали, ведь считали себя взрослыми», – говорит Генриетта Васильевна.

Когда «Юнкерсы» подходили совсем близко, у них был такой прерывистый гул, что озноб по коже. Как-то раз в ее смену бомба попала в один из цехов, и все рабочие силы направили на разборку завалов. Эта картина с убитыми, ранеными навсегда врезалась ей в память. И после каждый раз, когда объявляли тревогу, чувство нервозности было невозможно преодолеть.

Они жили возле моста через Оку, который соединял две части города. Этот мост фашисты пытались разбомбить, но почему-то ни одна из бомб в мост не попала. Ребята шутили: «Это наши военнопленные специально делают плохие самолеты, чтобы бомбы в нас не попадали!»

– Мы гордились своим трудом и считали, что наши самолеты самые лучшие! – признается Генриетта Васильевна.

Вместе с ребятами и девчонками она дежурила на крышах во время бомбежек, они засыпали песком бомбы с зажигательной смесью. На крышах стояли емкости с песком, хватаешь бомбу варежками – и в песок. Главное – успеть, а то взорвется.

Жить в районе около моста становилось опасно, и те семьи, у кого не было родственников в городе, эвакуировали. В один из дней Рита вместе с мамой и сестренкой эвакуировались в Алтайский край. Они поселились в селе Кыт­маново, мама преподавала в школе, Рита продолжила учебу. Ее трудовой фронт на этом не прервался: старшеклассники наравне со взрослыми работали в поле. А осенью на время уборки даже задерживался учебный год, потому что не хватало рабочих рук. Хлебные пайки были маленькие, на служащих выписывали 500 граммов, а на иждивенцев – 400. Когда Генриетта Васильевна работала на заводе в Горьком, она получала 800 граммов хлеба и продуктовую карточку. Но здесь, несмотря на нужду и лишения, они были в безопасности.

В мирное время

Прожиты были трудные годы войны, наступил май 1945 года.

– Я заканчивала школу, приближались экзамены. И вдруг сообщили: Победа! – рассказывает Генриетта Васильевна. – Какое это было ликование! Все радовались, обнимались! Мы построились всей школой, взяли свое комсомольское знамя и пошли с песнями на митинг.

Окончив школу, Генриетта Васильевна поступила в Новосибирский педагогический институт. Четыре десятка лет преподавала математику и физику. Страна переживала годы восстановления, и в работе молодого учителя были свои заботы. Вспоминает, что в сельской школе, где она трудилась, поначалу не было электричества, дети занимались при свете керосиновых ламп. И никто тогда не говорил о трудностях образования, потому что все гордились страной, победившей фашизм.

В деревне Гутово, где она жила и работала после института, встретила хорошего человека, вышла замуж. Муж, Михаил Иванович Старчиков, был военным летчиком. Жизнь в военных городках, переезды – снова, как в детстве, все повторилось. У них родилось трое детей: два сына и дочь.

Младшего сына Владимира, геофизика по профессии, после техникума направили в Илимпейскую геофизическую экспедицию. И когда Генриетта Васильевна потеряла мужа и осталась одна, они пригласили маму в свой большой гостеприимный дом в Лесосибирске. В нем они живут впятером: мама, сын Владимир Михайлович, невестка Людмила Терентьевна, внучка Наталья Владимировна и правнучка Маша. Трое детей, семь внуков, 19 правнуков – вот такой замечательный подарок сделала судьба Генриетте Старчиковой. И никто из них не забывает свою мудрую и добрую основательницу семейного древа. Ее внучка, Наталья Владимировна Дроздова, с которой они живут под одной крышей, – тоже учитель физики. И это уже учитель в пятом поколении Старчиковых!

Несмотря на то, что годы берут свое, Генриетта Васильевна активно участвует в решении семейных вопросов, много читает, разгадывает кроссворды и всегда с добрым юмором и шуткой общается с родными и всеми, кто приходит в их дом. С ней интересно и легко, чувствуется, что есть в этом человеке такой силы стержень, что никто не сможет его согнуть. Генриетта Васильевна награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов», медалью «Ветеран труда» федерального значения, юбилейными медалями.

Далеко в прошлое канула война, но в памяти она не сотрется никогда. Генриетта Васильевна прочитала все книги подписного издания «История России в романах». А недавно открыла очередной 76-й том – роман Константина Симонова «Живые и мертвые». Начала читать, и, словно ее юность, какой она была в первый год войны, напомнила о себе со страниц книги.

Елена ПАНФИЛОВА