Главная / новости / История лесопроизводства на территории Лесосибирска. Продолжение

История лесопроизводства на территории Лесосибирска. Продолжение

Продолжаем публикацию глав из книги историка Сергея Максимова, научного сотрудника Лесосибирского краеведческого музея.

Продолжение. Начало см. тут, тут и тут.

УСЛОВИЯ РАБОТЫ И ЖИЗНИ РАБОЧИХ НА ЗАВОДЕ

В разное время года на заводе работало разное количество рабочих, на это оказывала влияние сезонность работ. В период активной работы лесозавода число рабочих доходило до 200 человек. На коллективном фото работников Маклаковского лесозавода от 1917 года запечатлено около 120 человек, хотя следует заметить, что не все работники могли поучаствовать в фотосессии. Каким же образом были поставлены условия труда и жизни этих людей?

С виду завод был веселой панорамой, электрические лампочки освещали его здания, но внутри зданий завод был «мрачен и угрюм», «машинное отделение особенно было сырое», так как тонкие цементные стены свободно пропускали влагу. В этих условиях приходилось работать. В воспоминаниях так и писалось: «каторжный труд на заводе был противен».

Все работы производились только вручную. Рабочий день длился 10–12 часов. Однако под воздействием Февральской революции 1917 г. по требованию рабочих в марте был введен 8-часовой рабочий день: с 8:00 до 18:00, с обеденным перерывом с 12:00 до 14:00. Тем не менее нормы распиловки были высокие, не ниже 275 бревен в день, конечно, при условии технической исправности. То есть условия труда на заводе были тяжелые, уровень безопасности труда низкий, антисанитарные условия, а о местах проживания и быте своих рабочих заводоуправление тем более особо не заботилось. В основном не местные рабочие ютились по съемным чердакам, амбарам, кладовым местных жителей, и таких рабочих было 38 человек. Работы по «устройству квартир» при заводе велись, но очень вяло. Только под нажимом рабочих во время августовской забастовки 1917 г. в этом направлении ускорились работы. Приступили к постройке барака на 50 человек, куплен дом в Стрелке и перевезен в Маклаково, часть которого отводилась под жилье служащим, а часть отдавалась под фельдшерский пункт. Стали платить квартирные деньги тем рабочим, которые снимали квартиры у местных крестьян.

При заводе была заводская лавка, то есть магазин. Здесь можно было купить и продукты питания, и предметы промышленного производства, в общем все, что было необходимо для жизни рабочих того времени. Конечно же, магазин функционировал не для облегчения жизни рабочих, а для извлечения прибыли фирмой. Имейте в виду, акционерное общество создавалось в первую очередь для торговли. То есть под заработную плату рабочие приобретали необходимые для жизни предметы, следовательно, заработная плата обратно уходила в доходы фирмы.

Зарплата была невысокой. Например, в августе 1917 года составляла от 70 до 150 рублей (это после увеличения заработной платы, инфляции, ну и удорожания жизни соответственно) в зависимости от должности. Вознаграждение же И. Лида, как директора-распорядителя, составляло примерно 2 500 руб., Розенберга (управляющего красноярской конторы) – 1 250 руб. в месяц.

ИСТОРИЯ ЛЕСОЗАВОДА

1916–1920 ГОДЫ

В 1917 году И. Лид с оптимизмом смотрел в будущее, говоря о своей уверенности, «что перспективы сибирской торговли колоссальны: в Лондоне нами принят ряд проектов, включая строительство целлюлозно-бумажного комбината в Маклаково, который работал бы на отходах нашего лесопиления, поставляя газетную бумагу для сибирских изданий и владельца газеты «Таймс». По этому поводу Колтуновский  не без иронии замечает: «Хозяева ошиблись в своих расчетах на постройку своего завода и вывозку леса…  Не думали англичане, что в России будут грозные революционные дни и рухнет вложенный на постройку завода капитал».

Какие же события разворачивались на лесозаводе в эти смутные времена? События Февральской революции 1917 года отразились на работе Маклаковского лесозавода. По требованию рабочих в марте был введен 8-часовой рабочий день. После этого до мая завод работал исправно, без внутренних конфликтов.

В мае же рабочие лесозавода снова забастовали. На сей раз требования были уже серьезнее: повышение заработной платы и ускорение устройства «квартир» – бараков для проживания рабочих. Администрация лесозавода, «поторговавшись», идет на уступки по данным требованиям, и работы на заводе продолжаются.

В целом до середины лета 1917 года завод функционировал без остановок, несмотря на сложную политическую обстановку и разногласия управляющих и рабочих. Но с конца июня по август конфликт между администрацией лесозавода и рабочими со стоящими за их спиной губернскими и уездными Советами достиг особой остроты, и завод закрывается по инициативе правления акционерного общества. Однако революционные процессы «распоясали» маклаковскую «чернь». И они, пренебрегая принципами «священности частной собственности и ее неприкосновенности», без всяких формальностей о реквизиции или конфискации завода через Енисейский исполком и его комиссара Пельтмана пытаются возобновить работы на заводе, за счет общества конечно. Удалось возобновить работы на заводе или нет, точно сказать сложно, вероятнее всего нет. Заработал завод только в конце августа, после того как фирме пришлось снова уступить требованиям рабочих. Только так удалось вернуть себе свою же собственность.

После августовской забастовки завод запустили, но 18 ноября работы на заводе прекращаются. Почему? Провозглашение советской власти в стране насторожило собственников, и правление в Петрограде намеренно закрывает предприятие на неопределенное время, дожидаясь более выгодной политической и экономической конъюнктуры. Завод в феврале 1918 года вновь начинает работу, но уже «под другим флагом». Дело в том, что 27 февраля 1918 года Маклаковский завод был национализирован, то есть стал собственностью советского государства. От имени государства заводом стал распоряжаться местный Заводско-рабочий комитет, одновременно был назначен комиссар (управляющий заводом) – Я.А. Пельтман.

Национализированный лесозавод находился в подчинении Губернского Совета народного хозяйства (ГСНХ), осуществляющего руководство всех национализированных предприятий губернии. Но работа не клеилась, завод часто останавливался по техническим причинам: то котлы треснут, то дымогонные трубы потекут. Не случайно газеты того времени пестрили фразами «надо только удивляться не тому, что завод остановился, а тому, что он так долго работал» или «приходится удивляться не тому, что завод долго простоял, а тому, что скоро пустили в ход, так как все поиски вальцовки, для раскатки труб оказались безрезультативными, и самим рабочим пришлось делать вальцовку». Таким образом, благодаря порче котлов «на заводе работало только 20 человек».

После прихода к власти белогвардейцев (либералов и умеренных социалистов) в июне 1918 года, т.е. с началом Гражданской войны, ситуация на заводе резко меняется. Новая губернская администрация приступила к денационализации предприятий Енисейской губернии и возврату их законным владельцам. Для чего это делалось? В каком состоянии находился лесозавод? Далеко за ответом ходить не нужно. Нужно всего лишь процитировать несколько предложений из документа тех лет: «Стремясь наладить промышленную жизнь Енисейской губернии, почти совершенно разрушенную действиями Советской власти…, «… на Маклаковский лесозавод, где так недавно хозяйничали большевики и привели завод в полную непригодность…», «Маклаковский завод в хаотичном состоянии», «…видно неряшливое отношение, отсутствие чистоты, но признаков хищения и злостного отношения к машинам и помещениям не заметно». Процесс денационализации Маклаковского лесозавода, начатый в июне, продолжался до августа 1918 года, лесозавод передавали «законному владельцу, которым являлась английская фирма «Лид». Работал ли завод в это время? Маклаковский завод после неожиданной остановки 15 июня 1918 года до официальной передачи его бывшим владельцам продолжал стоять. Запущен он был потом или нет — документы молчат. Но судя по косвенным свидетельствам он функционировал во второй половине 1918 года и в 1919 году.

На основе какого факта мы можем утверждать о работе завода в 1918 году? Денационализации подлежали те предприятия, которые после обратной передачи не закрывались. Следовательно после возвращения завода, его владельцы обязаны были возобновить работы. Хотя это было очень сложно сделать, т.к. «завод требовал капитального ремонта». Не смотря на то, что паровая машина была исправна, «оба паровых котла благодаря плохому наблюдению за ними и незнанием дела людей, приставленных к ним, оказались сильно испорченными». Ситуацию усугубляли дефекты рамы, обрезного станка, хаотичное состояние территории завода и складов, исчезновение катера «Иона» (его унесло наводнением).

На основе какого факта мы можем утверждать о работе завода в 1919 году? Во время захвата с.Маклаково белогвардейцами (февраль 1919 г.) управляющий лесозавода Щапин уговорил белых командиров не расстреливать маклаковцев, как они этого хотели, так как некому будет работать на заводе. Во время февральского отступления партизан из Маклаково в Тасеево (1919 г.), Бабкин отправляет в Маклаково по подложным документам своего разведчика А.П.Конных. И тот под именем А.М.Зверева устраивается рабочим на завод.

После поражения белых и восстановления Советской власти, завод продолжал работу. Но не ясно был ли он национализирован или оставался в собственности Акционерного общества? Вероятнее всего он был снова национализирован и передан в распоряжение ГСНХ (Губсовнархоз), который начал организовываться уже 8 января 1920 года (т.е. сразу же после установления Советской власти в Красноярске, 4-7 января 1920 г.) в составе 7 отделов: Административного, Промышленно-технического, Государственных сооружений, Кустарно-промышленного, Лесного, Транспортного и Полиграфического.

Материал подготовила Кристина УГОЛЬНОВА